Глеб Бобров. Эпоха мертворожденных
Аннотация:
Друзья!
Перед вами - плод трехлетних размышлений, полутора годов кропотливой
работы и одного обширного инфаркта. Роман о реальном настоящем и
возможном будущем…
Сразу хочу обратиться к любителям кидаться мокрыми шароварами и
порванными на груди рубахами: Панове! Властью данной мне Господом -
способностью творить - я свою часть общей работы сделал: смоделировал
крайний сценарий развития событий. Это вам ходули, стремянка - дабы вы
смогли заглянуть в открывающуюся бездну грядущего. Теперь ваш черед -
сделайте так, что бы описанное будущее не стало реальностью.
Praemonitus, praemunitus.
Внимание!
Ограничение по возрасту: только для совершеннолетних! Реальная жесть,
плюс ненормативная лексика.
Глеб Бобров
ЭПОХА МЕРТВОРОЖДЕННЫХ
роман
“Протезы придуманы для того, что бы вы, двуногие - могли смотреть нам в глаза”.
Павел Андреев
ГЛАВА I. ИЗВАРИНО
Ночью прошел дождь. Фронт тумана, заворачиваясь в
рваные седые космы и покрывая траву новым слоем водяного бисера, весело
стелился над самой землей. Резвое осеннее солнышко старалось на
совесть, но утренняя ознобистая прохлада, подгоняемая порывистым
крученым ветерком, все еще боролась с нарождающимся днем.
Центральная опора таможенного разделителя,
превращенная ныне в импровизированный флагшток, пьяным органом гудела
всеми своими трубами; отяжелевшие флаги, мокро хлопая бахромистыми
краями, вновь схлестнулись в рукопашную.
Зажатый с двух сторон жовто-блакытный стяг
Центрально-Украинской Республики с непропорционально большими
“вилами”*, намалеванными от руки в верхнем правом углу, отбиваясь на
два фронта, попеременно хлестал своих соседей. Жиденький нейлон,
висевшая лохмотьями кустарная прострочка и стиснутое стратегическое
положение не оставляли новичку никаких шансов на решительное
сопротивление или, хотя бы, на достойную сдачу.
—————————————————————
*”Вилы” - презрительное наименование Трезубца - герба Украины. Термин вошел в употребление с началом Размежевания.
—————————————————————
Бело-красное полотнище польского контингента
Сил Оперативного Развертывания Евросоюза упрямо и монотонно било слева
направо по своим соседям, временами пытаясь опутать и потушить собой
портянку ЦУРа. Добротный сетчатый полиэстер давал ощутимое преимущество
в скорости и резкости удара, а широкий, еще не сильно обтрепанный, кант
и большая, по сравнению с ближайшим соседом, длина позволяла
рассчитывать если не на удачный захват, то, как минимум, на серьезный
контроль ситуации.
Роскошный российский триколор долго не
ввязывался в разыгравшуюся баталию. Свисая на пол метра ниже остальных
своим тяжелым, за ночь и туманное утро налитым влагой, шелком, он, по
началу, надувая парусом многослойное тело, неодобрительно отталкивал
расшалившихся соседей, да иногда нехотя отпускал тяжелые оплеухи особо
ретивым.
Когда же Польский и ЦУРовский двухцветники
разошлись ни на шутку и, ускорившись под порывами ветра, яростно
забились, закручивая друг друга в жгуты, триколор тоже ожил. Медленно
встав на крыло и развернувшись во всю ширь, он, выгнувшись дугой,
поплыл, наращивая скорость по воздуху и, разогнавшись словно кнут, с
оглушительным треском припечатав оба флага к трубам, залип в этом
положении, обернувшись вокруг флагштока и похоронив под собою обоих
смутьянов.
Опора гулко вздрогнула, и в наступившей тишине мелькнули лишь брызги, да прыснувшие вниз желто-голубые лоскуты.